Железный век. Расстановка сил в высшей лиге мировой металлургии

Железный век. Расстановка сил в высшей лиге мировой металлургии
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...

Цей матеріал також доступний українською

Гигант отрасли: Самая большая доменная печь Европы исправно работает на криворожском предприятии АМКР (Фото: Сергей Завальнюк)

Перепроизводство стали искажает структуру глобального рынка. Неизменным остается только одно: КНР — кузница планеты. Похоже, это уже навсегда. Украина цепляется за последние надежды остаться в высшей лиге мировой металлургии.

В сталеплавильном деле мира Украина на 13-м месте. Замыкая эту чертову дюжину, украинцы облизываются, глядя на Турцию, которая занимает восьмую строчку, где еще совсем недавно твердо стояла Украина. Турция наряду с Китаем, Ираном и Вьетнамом — это те страны из условных G-14, что сумели в 2020 году нарастить производство стали. Все остальные соревнуются друг с другом в том, кто глубже рухнет, но мягче упадет.

Благодаря Китаю и усилиями соседей Поднебесной Азия превращается в кузницу мира. К сентябрю 2020 года из почти 1,2 млрд тонн стали около 875 млн тонн совместно произвели китайцы, индусы, корейцы, вьетнамцы и тайванцы.

И если украинцам догнать и перегнать не то что Южную Корею, а даже Вьетнам не представляется возможным, то Тайвань — это еще пока наш уровень. Если, конечно, с насиженного 13‑го места отечественную металлургию не выдавит Италия, чья металлургия на европейском континенте рухнула глубже всех (минус 17 %). Почти так же глубоко рухнули металлурги Германии. Но немецкий запас прочности еще позволяет им замыкать большую семерку железного мира.

Европейцы переполошились из‑за таких диспропорций мира. И одними лишь выражениями обеспокоенности не ограничились. Например, в начале октября Еврокомиссия (ЕК) ввела антидемпинговые пошлины вплоть до 19 % на импорт горячекатаного проката из нержавеющей стали, произведенной в Китае, Тайване и Индонезии. И хотя «нержавейка» — незначительная доля в общем рынке стали, но устойчивый мировой тренд на протекционизм она отражает в полной мере.

«Индонезия, Китай и Тайвань сталкиваются с проблемой структурного избытка производственных мощностей, — пояснил Аксель Эггерт, гендиректор Европейской сталелитейной ассоциации. — Их демпинг нанес серьезный ущерб европейским производителям нержавеющей стали, и эти меры необходимы».

Время перемен

Плоха отрасль или хороша, сытые времена или тощие, в любом случае отечественный горно-металлургический комплекс (ГМК) — это вторая после аграрного сектора отрасль Украины, приносящая стране золотые яйца. Она обеспечивает около 26 % от всех валютных поступлений. В 2019 году ГКМ экспортировал продукции на $ 14 млрд, в том числе железорудного сырья на $ 3 млрд. Основные рынки для украинских предприятий — ЕС (около 35 %), Северная Африка (18 %) и страны Ближнего Востока (11 %).

Но как уже видно по итогам атипичного года, в мире сталеваров все еще нет стабильности. Вернее, она есть, но это «стабильно вниз».

Плоха отрасль или хороша, сытые времена или тощие, в любом случае отечественный горно-металлургический комплекс (ГМК) — это вторая после аграрного сектора отрасль Украины, приносящая стране золотые яйца.

Первая причина кризиса, которая бросается в глаза, это пандемия COVID-19. Еще в первом квартале 2020 года Украина произвела 4,6 млн тонн проката, 5,1 млн тонн чугуна и 5,3 млн тонн стали, что практически соответствовало показателям первого квартала 2019‑го. Украинские металлурги отходили от зимы и осеннего провала в производстве. Могло показаться, что жизнь налаживается.

Такими темпами украинские сталевары к концу года догнали бы и обогнали Тайвань (точно) и Вьетнам (возможно), после чего уткнулись бы в спину Ирану. Но вирус подкрался незаметно. И Украина вместе со всей планетой пошла по худшему из возможных сценариев — падение спроса и соответственно снижение цен.

Стоимость квадратной заготовки уже в апреле по сравнению с январем упала на 20 %. В мае горячекатаный рулон достиг своего ценового дна — минус 26 %. И хотя нам прошлого немного жаль, худшее, возможно, впереди. Кроме долгоиграющих причин глобального кризиса отрасли, как COVID-19, на который будет списана половина грехов человечества, есть и причины менее очевидные и оттого более долгоиграющие.

Металлурги планеты обладают сталелитейными мощностями, чтобы производить в год до 2,45 млрд тонн стали. Только за последнюю пятилетку объем сталеплавильных мощностей планеты вырос еще на 117 млн тонн. Предложение опережает спрос, и это ключевой вызов промышленности. Мировая экономика не переварит столько, сколько способны теперь сварить все металлурги мира.

При этом страшный скрежет металла раздается из Поднебесной. Нынешним железным веком безраздельно правит Китай и, несмотря на мировой профицит в 2020 году, КНР увеличила производство стали на 190 млн тонн. Это больше, чем выдали все остальные следующие за лидером 13 игроков, вместе взятых. Что в достаточной степени ослабляет позиции металлургов планеты.

Подобные проблемы и в Украине. В 2019‑м отечественный ГМК произвел 20,8 млн тонн стали. При том что номинальная производственная мощность, даже после потери предприятий на временно оккупированных территориях, — 28,3 млн тонн. То есть загружено порядка 72 % мощностей.

К середине октября 2020 года из 21 доменной печи Украины в простое было пять, то есть практически четверть. Из 15 электропечей работало только шесть. Содержать неработающее оборудование — удовольствие дорогое, а может быть, и не удовольствие, но все равно дорогое.

С другой стороны, свободные мощности — это потенциал Украины. В довоенном 2013‑м украинцы производили 32,7 млн тонн стали, в полтора раза больше, чем сейчас. Про рекорды 2007 года теперь и вовсе больно вспоминать — 42,8 млн тонн стали. Первая волна сокращения выплавки стали и чугуна отечественными металлургами случилась в 2008—2009 годах на волне глобального финансового кризиса. Произошла очистка отрасли от максимально неэффективных производств.

Были остановлены домны и мартеновские печи Макеевского метзавода, который стал прокатным филиалом Енакиевского метзавода. От мартеновских цехов, наследия XIX века, которые потребляли огромное количество дорогого природного газа, отказались Интерпайп, Азовсталь, ММК им. Ильича, Алчевский МК и АрселорМиттал Кривой Рог (АМКР). Фактически мартены остались только на заводе Запорожсталь.

В 2014 году, после того как Донбасс был охвачен пламенем русской весны, местные коксохимические, металлургические предприятия, угольные шахты оказались на линии огня. Были разрушены логистические и производственные цепочки. Под давлением этих и других несчастий Украина хоть и выпала из топ-10 мировых производителей стали, но осталась среди мировых экспортеров.

По данным Metals Consul­ting Int. (MCI, Германия), украинские металлурги в 2019 году экспортировали 14,6 млн тонн стали (+7,4 % год к году) и поднялись на четвертую ступень мирового рейтинга. Впереди только такие гиганты, как Китай, Япония и Россия.

При этом товарная структура экспорта Украины менее уязвима. Около половины стального экспорта приходится на полу­фабрикаты — квадратную заготовку и слябы. Продукция следующего металлургического передела — готовый металлопрокат — хоть и имеет более высокую добавочную стоимостью, но в отношении ее импорта гораздо чаще применяются антидемпинговые меры, квотирование и пр.

На производство полуфаб­рикатов такие ограничения, как правило, не распространяются, поскольку производить их гораздо сложнее. Нужно сырье — железная руда, уголь или металлолом, а они есть далеко не везде. Украина № 5 по уровню запасов железной руды — 11 % мирового рынка.

В то же время доменное и сталеплавильное производство являются достаточно рискованными с точки зрения экологической безопасности.

Вот почему в начале и середине 2000‑х и сформировался один из ключевых украинских стилей металлургического бизнеса: добычу сырья, производство полуфабрикатов национальные производители вели внутри страны, а готовый прокат старались производить за пределами Украины, поближе к рынкам сбыта.

Именно тогда Группа Метинвест, принадлежащая теперь донецкому бизнесмену Ринату Ахметову и его партнеру Вадиму Новинскому, купила прокатные заводы в Италии, Великобритании и Болгарии. Корпорация ИСД, некогда актив Сергея Таруты, Олега Мкртчана и Виталия Гайдука, перерабатывала часть алчевских слябов в Венгрии и Польше. АМКР экспортировал квадратную заготовку для переката на зарубежных предприятиях группы ArcelorMittal.

И все же теперь жизнь заставляет металлургов менять тактику и стратегию. Растет доля непрерывной разливки стали. Так, АМКР достраивает комплекс из двух новых сортовых машин непрерывного литья заготовок (МНЛЗ) общей стоимостью $ 150 млн. На ММК им. Ильича (Мариуполь) запустили слябовую МНЛЗ в комплексе с другим оборудованием общей стоимостью $ 150 млн.

Натарадж Мукхопадхиай, менеджер проектов и программ АМКР, вспоминает, что для него лично все началось в 2016 году. Тогда он работал на ArcelorMittal в Польше. Но звонок из Украины все изменил. Опытного менеджера пригласили поучаствовать в проекте по строительству МНЛЗ и установке печи-ковша.

«Нам нужен этот проект, чтобы быть востребованными и конкурентоспособными на рынке, — говорит он. — А также чтобы превратиться в предприятие, которое минимально влияет на изменения в окружающей среде. Это самый важный эффект, который данный проект сможет оказать на АМКР, Украину и весь мир».

Акцент на защите окружающей среды становится самым сильным глобальным трендом, игнорировать который — себе дороже. Во всех смыслах этого слова.

Источник

← Дмитрий Медведев обеспокоен по поводу американской демократии. Он написал большую статью на эту тему Жуки и наличные: топ-6 вариантов для инвестиций в 2021 году →