кто лучше держит удар пандемии?

кто лучше держит удар пандемии?
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...

Пандемия COVID-19 в разной степени затронула абсолютно все экономические сферы нашего государства, а вопрос их восстановления может оставаться открытым еще большое количество времени – в этом практически единогласно убеждена вся отечественная экспертная среда. Но как быстро правительству удастся стимулировать восстановление экономики Казахстана в условиях сегодняшнего кризиса и какие на то существуют инструменты? И что мы увидим, если проведем параллель между нынешним состоянием казахстанской экономики и ситуацией в России или же у наших центральноазиатских соседей?

Своим более подробным видением ситуации с Azattyq Rýhy поделились два известных отечественных экономиста – Расул Рысмамбетов и Арман Бейсембаев.

– Расул, подводя небольшие итоги 2020 года, хотелось бы подробнее разобрать, какие из экономических сфер в Казахстане тяжелее перенесли нахлынувшее влияние пандемии и локдауна, а какие, напротив, более стойко справились с ударом?

– На мой взгляд, благодаря государственной поддержке более удачно с пандемией и вызванным ею кризисом справилась строительная отрасль. Она стала этаким новым любимцем государства. В то время, когда нам нужно было накачивать ресурсы, фаворитами являлись нефтяная отрасль и металлургия. Сейчас же, когда цены на нефть упали и мировая экономика вошла в совершенно другой цикл, от накопления ресурсов мы перешли к трате госбюджета. Как раз свою роль здесь сыграло именно строительство и всяческие госпрограммы, которые требуют вложения больших инвестиций.

Вторым, кто по большому счету справился с резкой и неблагоприятной сменой атмосферы, стала всевозможная логистика и различные службы доставки. Эти сферы по весьма очевидным причинам сейчас оказались на коне, успев нарастить спектр своих услуг в десятки раз. Также стоит отметить банки с хорошо развитой IT-инфраструктурой, которые прошли самую накаленную фазу пандемии более-менее достойно, практически в полной мере выполнив свои обязательства перед клиентами.

Кто перенес удар в заметно большей степени — разумеется, это торговый сектор.

– Что можно сказать о работе нашего правительства и непосредственно Нацфонда в условиях сложившихся реалий?

– Сложно сказать наверняка. Существуют прагматические эконометрические модели, которые официально не озвучиваются. К сожалению, сам Нацфонд опирался на нефтяной сектор, но в итоге получилась следующая картина: одна падающая колонна пытается поддержать множество других падающих колонн.

– Насколько ситуация в РК выглядит лучше в сравнении, к примеру, с Россией и нашими центральноазиатскими соседями? И по каким фронтам это наблюдается более наглядно?

– Я бы не стал выделять какое-то государство региона в отдельном порядке, потому как темп падения идентичен практически везде. Чуть медленнее нас падают российские показатели в силу диверсифицированной экономики. С Узбекистаном примерно то же самое. Связано это с тем, что экономики этих стран в немалой степени ориентируются на торговые отношения с другими государствами – с Казахстаном в том числе. Что касается Кыргызстана – там ситуация несколько хуже по причине внутренней политической нестабильности.

– Какой прогноз относительно экономической атмосферы в стране можно сделать на конец 2020 – начало 2021 года?

– На мой взгляд, в нынешних условиях у правительства нет четкого видения и точно сформулированной модели по дальнейшему развитию экономики, не считая каких-то общих моментов. Поэтому делать краткосрочные прогнозы на данный момент – неблагодарная работа. Правительство убедило Президента в вопросе оказания мер поддержки тем или иным отраслям и направлениям, получив доступ к кошельку. И на общем фоне мы видим, что принимаются некие «пожарные» меры: где горит – там и тушим, где заклинивает – там и чиним.

Наш второй собеседник Арман Бейсембаев в свою очередь отметил, что, несмотря на то, что пандемия затронула секторы экономики Казахстана в разной степени, общая картина от этого практически не меняется.

– Колоссальный удар испытал, прежде всего, сектор услуг практически всех видов: парикмахерские, салоны красоты, фитнесс-центры, кафе, рестораны, кинотеатры, бизнес-центры. По разным оценкам, по итогу двух карантинов потери в этой отрасли составляют от 50 до 90%. Очень большие потери понесли авиа- и ЖД перевозки, внутригородской, межгородской транспорт в части касающийся перевозки пассажиров. Серьезно просел сектор торговли – ТРЦ и все магазины, которые в нем находились, за редким исключением разве что больших продуктовых магазинов и аптек. Да и тут ритейлеры понесли потери во время карантинных выходных. Ощутимые потери понесло сельское хозяйство, так как ограничения как раз выпали на весенне-летний период, когда сельскохозяйственные работы только начались.

Неплохо себя чувствовали компании, занятые доставкой до потребителя – это был их звездный час, а также аптеки, особенно с началом карантина в марте и далее обострение эпидемии летом. В общем и целом, относительно неплохо себя чувствует сектор пищевых продуктов и товаров первой необходимости – в начале первого карантина были опасения о наступлении дефицита и голода, которого, к счастью, не случилось. Промышленность по большей части продолжала работать, но падение цен на нефть ударило и по ним.

Но общая картина безрадостная. Так или иначе потери понесли практически все сферы экономики. До 30% экономики страны было выбито и компенсируются эти потери еще нескоро.

– Насколько предпринятые правительством антикризисные меры по предотвращению глубокого падения экономики оказались удачны и эффективны?

— Пожалуй, работу правительства в борьбе с эпидемией можно считать провальной. Принятые решения вызывают много нареканий, вводимые ограничения вызывают много вопросов, а ощутимой помощи получено так и не было. Достаточно просто посмотреть на цифры: потери бюджета от несобранных с предпринимателей налогов, что было связано с карантином, составляют порядка 1,5 трлн тенге. Государством на помощь пострадавшим отраслям было выделено порядка 150 млрд тенге. То есть было компенсировано всего 10% от всех потерь частного сектора. В сущности, это как размазать ложку каши на большую тарелку – эффекта ноль. Как результат, мы видим, что количество предприятий, приостановивших свою деятельность или просто бездействующих за этот год подскочило на 30%. Треть частного сектора была просто уничтожена.

Справедливости ради надо отметить, что с последствиями начавшейся пандемии COVID-19 достойно не справилось ни одно государство в мире. Кто-то хуже, кто-то лучше, но на отлично не справился никто.

– Какие инструменты имеются у государственной комиссии по части восстановления экономического роста в сложившийся кризис?

– Инструментов много. Другой вопрос, какие из них будут использованы. Думаю, этот вопрос лучше адресовать им. Но один важный индикатор, который может дать надежду на будущее – это четкий, ясный и понимаемый ориентир на развитие свободного рынка. Но есть ли политическая воля пойти по этому пути – это большой вопрос.

– Если проводить параллель с экономиками других стран Центральной Азии, можно ли сказать, что Казахстан более выгодно что ли выглядит на их фоне?

– Сложно оперировать этим понятием. Что-то лучше у соседей, что-то лучше у нас. Отдельно выделять я бы не стал. Наш регион роднит то, что у всех ситуация плюс-минус примерно одинаковая, которую можно охарактеризовать одним словом – катастрофа.

На докарантинные меры мы будем выходить минимум от 3 до 5 лет, и это при условии, что рынку, наконец, дадут спокойно и свободно развиваться. Чего я сейчас ни у одной из стран не наблюдаю. Везде усиливается государственный контроль, везде удушается и уничтожается частный сектор, везде идет активное огосударствление рынка. И это на самом деле не сулит нам ничего хорошего в обозримом будущем.

– Касательно обозримого будущего: неужели никакого просвета не наблюдается?

– После провала первого карантина сейчас постепенно идет восстановление деловой активности. На докарантинные уровни экономика пока так и не вышла, при прочих равных на этот уровень мы не выйдем и в 2021 году. Определенной поддержкой станет возобновившийся рост цен на нефть. Есть основания считать, что на горизонте 2-3 лет мы увидим дальнейшее удорожание нефти. Это сыграет важную роль в деле восстановления экономики.

Амир СМАГУЛОВ

Источник

← Мировая экономика переживает самый резкий спад со времён Великой депрессии Кризис – возможность проведения системных реформ для построения новой экономической модели →